Одна из слабостей профессии филологов-антикваров то, что мы недооцениваем расстояние между предметами в космосе. Тем более, легко забываем о степени пустоты самого космоса. Мы все помним высказывание Архимеда на красивом сверх-древнегреческом языке (Аттический диалект) :

δός μοί (φησι) ποῦ στῶ καὶ κινῶ τὴν γῆν.

«Дайте мне точку опоры, и я переверну землю»,

но упускаем из вида тот факт, что опора, в этом случае, должна иметь массу более-менее сравнимую с объектом, который хочешь перевернуть.

Мы об этом говорили сегодня с Кельвином — художником, который раньше отказался от моего заказа. Я надеюсь, что мои аргументы сейчас принимаются более серьёзно, так как они получили официальный отклик в Империи Лесов. По крайне мере, он согласился, что искусство может показывать не только реальность как она есть, а тоже скрытый потенциал не наблюдаемый пока в экспериментах.

К сожалению, нужной опоры чтобы перевернуть комету мы не только не наблюдаем, мы уже знаем, что её просто нет. Все наши друзья математики и инженеры стали терять мотивацию, говорят, что не хотят спекулировать, и что дело безнадёжное. Поэтому, чтобы не сидеть с людьми в плохом настроении, мы с Кельвином решили выйти из дома и посетить вместе клуб любителей рисовой лапши.

По пути мы ехали через старый центр, где сам Кельвин живёт как и большинство высокопоставленных чиновников. Новое Купчино всё ещё сохраняет дух третьего тысячелетия со своим научным подъёмом. Там везде стоят красивые купола, которые защищали людей от ядовитой загрязнённой атмосферы. Неожиданно мы заметили новую структуру, похожую на купол под ремонтом — покрытый жёлтым стеклом. Мы остановились, чтобы узнать, как идёт работа, и к нам вышла женщина из команды музыкантов главного поэта. Она объяснила, что это не купол, а парашют. Она использовала его для аварийной остановки гальваностата. Из-за срочного вылета начальства кабинета редкостей ей пришлось освободить воздушный коридор и приземлиться.

Дорогой читатель — если потеряли нить этой истории, может лучше начать с первого поста.